Журнал для интеллектуальной элиты общества  
 
 

Архив статей

 2006 / №03

14.10.2006 "Отдайте всё…". Загадка смерти Петра Первого (историческое расследование), часть 2
/С. Аксененко/ «Время Z» №3/2006

<<< вернуться к части 1

Автор: Аксёненко Сергей

 Теперь рассмотрим, как конкретно могли бы развиваться события. Я предлагаю четыре варианта, расставив их по степени убывания криминальности.
 1) Петр Великий был отравлен ближайшими к нему людьми. Возможно, отравлен ВО ВРЕМЯ БОЛЕЗНИ, которая началась независимо от воли отравителей.
 2) Эти ближайшие люди, зная о том, что у царя время от времени случаются приступы болезни, решили дождаться одного из приступов и неправильным лечением завели его в могилу, лишив доступа к Петру непосвященных в заговор врачей.
 3) Ближайшее окружение схватилось за болезнь царя, как утопающий за соломинку, а дальше — то же, что и во втором пункте: воспользовавшись беспомощным состоянием царя, отправили его на тот свет. Психологически точнее будет сказать не "отправили", а ПОДТОЛКНУЛИ царя к могиле.
 4) Болезнь и смерть Петра имели естественный характер, но окружение царя сфальсифицировало его последнюю волю, не допустив передачи престола законному наследнику Петру Алексеевичу.

 Как видите, я полностью исключаю лишь пятый, самый "некриминальный" вариант, со знаменитыми словами "отдайте всё…". С онемевшей рукой и голосом. То есть, ту версию, которая с легкой руки историка Соловьева стала официальной и хрестоматийной, и кочует теперь по всем учебникам.17
 Как же появилась версия Соловьева? Основным источником её были "Записки" главного помощника герцога Голштинского — Бассевича, о котором мы упоминали в биографии герцога. Причем еще до Соловьева материалы Бассевича использовал знаменитый Вольтер. Приводят также донесение саксонского дипломата И. Лефорта о том, что ночью Петру I захотелось что-нибудь написать, он взял перо, написал несколько слов, но их нельзя было разобрать. Как уже говорилось, Бассевич — лицо крайне заинтересованное в воцарении Екатерины I, и поэтому к его показаниям нужно относиться очень осторожно. А саксонец явно узнал все, о чем сообщал из третьих-четвертых рук. Таким образом возникает вопрос — почему такой проницательный историк Соловьев принял на веру столь сомнительные показания голштинского министра? На этот вопрос мы ответим прежде, чем будем возражать Соловьеву и Бассевичу по существу.
 Чтобы понять доверчивость Соловьева к версии Бассевича, необходимо сказать несколько слов о самом историке. Сергей Михайлович Соловьев родился в 1820 году в семье священника и учителя Закона Божьего, то есть, к верхушке общества явно не принадлежал. И только исключительно благодаря своему таланту и трудолюбию достиг очень высоких государственных должностей.18 Соловьев стал доктором наук в 27 лет, в 30 — ординарным профессором, в 51 год — ректором Московского государственного университета, одного из ведущих ВУЗов страны, в 52 года — академиком . Был также деканом исторического факультета, директором Оружейной палаты. Соловьев преподавал студентам, выступал с публичными лекциями, занимался общественной деятельностью, внимательно следил за всеми новинками в области литературы, истории, историографии, политологии, географии… И несмотря на это успел написать множество исторических работ, в числе которых колоссальная 29-томная "История России с древнейших времен". Писалась эта работа с 1851 года вплоть до самой смерти учёного в 1879 году.19 Разумеется, такую карьеру в царской России мог сделать не просто талантливый и трудолюбивый человек. Здесь требовалась еще и определенная лояльность к властям. А Россию во времена Соловьева возглавляли потомки Екатерины I и ее дочери Анны Петровны.20 Это были правнуки Анны - Александр I (правил с 1801 по 1825 год), Николай I (правил с 1825 по 1856 год) и праправнук — Александр II (правил с 1856 по 1881 год). Причем, обратите внимание, что трон потомкам Анны передала ее сестра (другая дочь Екатерины I) Елисавета Петровна. То есть, Россией, во времена, когда Соловьев писал свой труд, правили потомки людей, которые в 1725 году отчаянно боролись с внуком Петра Великого — Петром II. И хотя Петр II позже ненадолго занял престол, ему не удалось на нем закрепить своё потомство, так как умер он в неполные 15 лет.
 Конечно, такой ученый, как Соловьев, не стал бы фальсифицировать историю в угоду царям, но он и не лез на рожон. Помните, говоря о Монсе, он называл его не любовником, а любимцем прапра…бабки царей Екатерины I, то есть, вроде бы и правду сказал, и царей с великими князьями не обидел.21 Иными словами, Соловьев был во время своей работы так же свободен, как любой советский историк, пишущий историю КПСС. Да, он мог находить и вводить в исторический оборот новые факты и документы, открывать новые биографии, уточнять детали — всё это приветствовалось властями. Но работать он должен был лишь в том политическом русле, которое было задано сверху. Советскому историку не позволили бы критиковать партию и Ленина, и Соловьев не был свободен, когда писал о деяниях Романовых. Да, конечно, в то время уже начала формироваться либеральная профессорская антиправительственная фронда, да и сам Сергей Михайлович был отнюдь не самых консервативных взглядов. Но откровенно антиправительственных профессоров в те времена можно было по пальцам пересчитать, и их постоянно пытались лишить кафедры, а не назначали учителями великих князей. Кроме того, существовала такая вещь, как цензура, и если бы Соловьев был неугоден властям, то не печатали бы каждый год по тому его "Истории…".
 Мы знаем, что историкам, начиная с Карамзина, разрешали критиковать царей, но только не предков царственной династии.22
 Так, окружение Николая (тогда еще не императора) ворчало, когда Карамзин описывал бесчинства Ивана Грозного — мол, разве можно так писать О ЦАРЯХ… Но, с другой стороны, описание бесчинств предпоследнего и откровенной неспособности к правлению последнего из Рюриковичей (царя Федора Иоанновича) как бы показывало читателям, что древняя династия выродилась, и воцарение Романовых, было естественным продолжением русской истории — это при том, что потомков Рюрика на Руси было очень много.23 И когда Пушкин в своем гениальном произведении "Борис Годунов" пишет о Романовых, как о надежде отечества, он работает именно в таком формате.24 Да и вправду, разве мог Соловьев сказать царям — тому же Александру II: "Не только Ваша прабабушка Екатерина II убила Вашего прадедушку Петра III, но и Ваша прапрапрабабушка Екатерина I тоже угробила Вашего прапрапрадедушку Петра I". Как царю людям потом в глаза смотреть, имея таких кровожадных бабушек?

 "Король. За стенкой такое делается, что самому бывает жутко. Знаете, небось, что такое королевский дворец? За стеной люди давят друг друга, режут родных братьев, сестер  душат… Словом, идет повседневная, будничная жизнь".
(Е. Шварц "Обыкновенное чудо")


 Интересы Соловьева (не "вешать" на Екатерину убийство Петра) совпали с интересами Бассевича. Ведь если Петр зовет именно Анну, то после слов "Отдайте всё…" логически следует поставить "…Анне". Анна — жена герцога Голштинского, интересы которого тогда Бассевич фанатично защищал. Он бы и герцога в наследники вписал, да никто не поверил бы.25

 Теперь рассмотрим возражения против версии Соловьева по существу. Вначале приведем цитату, взятую из той же "Истории…" Соловьева, где идет речь о событиях, произошедших через два года после смерти Петра, перед смертью его жены и преемницы Екатерины I. Тогда стоял вопрос о том, кто будет наследовать самой Екатерине: ее с Петром дочери - Анна и Елисавета, либо внук Петра Великого и его первой жены Евдокии Лопухиной — Петр Алексеевич. Именно в это время Меншиков переметнулся на сторону Петра, решив породниться с ним.

 "Оставалось получить согласие императрицы на брак великого князя с княжною Меншиковою. Светлейший воспользовался тем, что дочь его была сговорена за польского выходца графа Сапегу, но императрица взяла этого жениха для своей племянницы Скавронской, и Меншиков в вознаграждение начал просить согласия на брак своей дочери с великим князем. Императрица согласилась. Нужно ли объяснять это согласие одним упадком нравственных сил в Екатерине, о котором доносили некоторые иностранные министры дворам своим, или Екатерина видела невозможность отстранить от престола великого князя в пользу одной из дочерей своих и думала, что упрочивает их положение, соединяя с будущим императором человека, на признательность которого имела право рассчитывать?
 Как бы то ни было, дело было решено в марте 1727 года, и это решение привело в ужас цесаревен и их приверженцев. Обе цесаревны (Анна и Елисавета — С.А.) бросились к ногам матери, заклиная ее подумать о гибельных следствиях сделанного ею шага: к ним на помощь явился Толстой с своими представлениями: он говорил об опасности, какой императрица подвергает своих детей и своих самых верных слуг; грозил, что последние, не будучи в состоянии с этих пор быть ей полезными, принуждены будут ее покинуть; он сам скорее подвергнет жизнь свою опасности, чем станет спокойно дожидаться страшных последствий ее согласия на просьбу Меншикова. Екатерина защищалась, говорила, что не может изменить слову, данному по фамильным причинам, и брак великого князя с Меншиковой не переменит нисколько ее тайного для всех намерения относительно престолонаследия. Несмотря на то, представления Толстого произвели сильное впечатление на Екатерину, и герцог голштинский стал надеяться на победу; речь Толстого была положена на бумагу: Бассевич носил ее в кармане и всем читал. Но радость была непродолжительна: Меншиков имел вторую секретную аудиенцию, и дело было решено окончательно".
(С. Соловьев "История России с древнейших времен")


 То есть, мы видим с каким ужасом даже через два года после смерти Петра Великого Екатерина, ее дочери, герцог Голштинский воспринимают весть о назначении наследником внука Петра I. А ведь все эти люди окружали Петра в момент его смерти. А теперь перечитайте приведенный в начале статьи текст того же Соловьева о смерти Петра Великого и представьте на секунду, если бы Петр написал "Отдайте всё внуку — Петру Алексеевичу" или продиктовал это же имя Анне, той самой Анне, которая (обоснованно или нет — другой вопрос) даже два года спустя видела в Петре Втором свою погибель, и на коленях просила мать не передавать ему трон. Неужели вы думаете, что такие люди преспокойненько удалились бы от власти, покинули дворец и огласили бы последнюю волю Петра Великого? Вряд ли, скорее всего они бы сообщили окружающим, что тяжелобольной Петр умер, не назначив наследника, а править будет Екатерина, как особа, коронованная самим Петром. Если вы еще сомневаетесь в том, что окружение Петра Первого не допустило бы передачи власти внуку, то предлагаю вашему вниманию еще одну сценку, датируемую январем 1725 года. Основной источник здесь — тот же Бассевич.
 Во время болезни царя по приказу Меншикова дворец окружила стража. Сенаторам, генералам, боярам, пришедшим во дворец, было сказано, что казна, крепость, гвардия и синод находятся в распоряжении императрицы. Ее противникам посоветовали считаться с этим, если они дорожат своими головами. Вслед за тем раздался бой барабанов гвардейских полков, окруживших дворец. То есть, мы видим, какому психологическому (грозившему перейти в физическое) давлению подвергали сторонники Екатерины приверженцев Петра II. Как активно и бескомпромиссно они действовали. Неужели эти люди огласили бы завещание Петра в пользу внука? Нет, конечно.
 Тот же Бассевич пишет, что кроме слов "отдайте всё…" были и другие, но их не смогли разобрать. Безусловно не "смогли разобрать" имя "Петр Алексеевич", будь там имя Екатерины — уверен, разобрали бы без труда, и не пришлось бы им тогда прибегать к столь экстраординарным мерам, которые больше напоминают государственный переворот, чем законную передачу трона. Но почему же они тогда не изготовили фальшивое завещание Петра в пользу Екатерины? Вряд ли в окружении Меншикова не было ни одного умельца подделывать почерк… Но в тех условиях, когда все знали о разрыве императора с женой, такой бумаге никто бы не поверил, могли бы обвинить в подлоге — да и не нужна была такая бумага после того, как царь официально короновал Екатерину. Главное — не допустить появления указа другого рода. Царская власть имела такой характер, что самодержец мог одним росчерком пера отменить все законы империи, в том числе и свои прошлые указы.
 Внимательно присмотримся к тексту Соловьева о последних днях жизни Петра. Мы видим, что Петр отдает государственные распоряжения, которые, как и положено, исполняются, но только главное распоряжение он хочет почему-то написать сам. Неужели подле него нет ни одного грамотного человека? Тем более, что обычно цари лишь ПОДПИСЫВАЛИ текст, написанный сотрудниками аппарата, а не писали собственной рукой весь текст указа. Даже будучи здоров, царь диктовал, редактировал, но черновую работу — писание — выполняли другие. Неувязка. Далее — написать два слова смог, а самого главного не смог… Такое возможно, конечно, в жизни, но слишком маловероятно. Тем более, если не смог написать — продиктуй при свидетелях. Вместо этого он делает еще одну глупость — зовет Анну. Хотел бы объявить ее наследницей, сказал бы примерно так: "Отдайте всё Анне и позовите ее, чтобы выслушала мое последнее напутствие". Так нет же, Анна ему понадобилась лишь в качестве секретарши. Тем более, кто-кто, а Петр прекрасно понимал, что такая "секретарша" скорее проглотит текст указа, чем огласит его, если в указе будет сказано о передаче престола ее племяннику Петру Алексеевичу. Дальше еще одно маловероятное событие. Только пришла Анна — Петр лишился голоса. Только что был голос — а тут царь как язык проглотил, да еще сознание потерял. В жизни всякое бывает, но такая череда совпадений… Тут явно прослеживается злая воля, а не игра случая. Добавьте к этому третье совпадение — саму смерть Петра, которая случилась сразу же после того, как он узнал о неверности своих близких людей…
 Поверить в такую цепь случайностей неизмеримо труднее, чем в то, что никаких случайностей не было. Была ясная цепочка событий, вытекающих одна из другой, и происходили они не так, как описывал Соловьев. Обратите внимание на то, что Екатерина находилась при Петре безотлучно и она же закрыла ему глаза (вот в это я охотно верю). Продиктовать Екатерине Петр ничего не мог при всем желании — есть все основания полагать, что писать она так и не научилась. Но если бы его последняя воля была выражена в пользу Екатерины, не потребовалось бы чертить слабеющей рукой ее имя или звать Анну. Указ бы написали, подписали и огласили за милую душу. Есть, конечно, малая вероятность того, что Петр всё же решил передать трон Анне, а пока бегали за наследницей, ее мама прикончила папу, чтобы тот не мог назвать ее имя. Но это вряд ли. Правление Анны ничем плохим Екатерине и Меншикову не грозило. Екатерина в любом случае оставалась бы вдовствующей императрицей, а Меншиков, имея под рукой гвардию, стал бы реально править от имени обеих государынь. Да и Петр не стал бы передавать престол жене чужеземного герцога, ведь отречься Анну он заставил, уже КОГДА ЗНАЛ О ДЕЛЕ МОНСА. С чего бы это ему вдруг передумать? А вот внука своего от престола отдалил, когда ЕЩЕ НЕ ЗНАЛ о приключениях Кати с Монсом — и в этом вся разница.
 Ничего домысливать не будем. Приведенные нами источники смутно намекают на наличие какого-то таинственного документа, они говорят, что Петр писал что-то, а что — не ясно. К тому же, по сей день жива легенда о неком сокрытом завещании Петра. Из проведенного нами анализа вытекает, что таким документом мог быть только акт о передаче власти Петру II. Любой иной сокрытию бы не подлежал.

 Теперь рассмотрим все "за" и "против" предложенных мною четырех версий.
 Первая — отравление. В пользу этой версии говорят некоторые факты. Начнем с того, что слух об отравлении Петра Великого Меншиковым и Екатериной появился сразу же после смерти царя. Люди, хорошо знавшие Екатерину, считали ее достаточно ловкой женщиной, вполне способной проделать подобную работу. Наличие слухов само по себе доказательством не является, но специалисты отмечают, что некоторые симптомы болезни Петра (паралич и жжение в животе) могут свидетельствовать об отравлении мышьяком, так как не укладываются в картину той болезни (заболевание мочевыводящих путей), которую официально считают причиной смерти царя. Но, с другой стороны, мышьяк в то время применялся и для лечения. Далее — гроб с телом Петра стоял непогребенным еще 40 дней (напомню, это были зимние дни). Значит люди, его хоронившие, не боялись, что симптомы отравления проявятся за это время? А может они просто хотели отвести от себя подозрения? Так или иначе, версия об отравлении — единственная, которая может быть с высокой степенью вероятности доказана либо опровергнута экспериментальным путем.
 Вторая версия — ближайшее окружения Петра воспользовалось его беспомощным состоянием и отправило на тот свет. Надо сказать, что приступы с Петром случались время от времени, и такие близкие люди, как жена Екатерина и товарищ по "амурным" похождениям Меншиков, знали это досконально. Тем более, что с Петром регулярно случались и приступы других болезней — например, запоев. Вот мимолетный снимок быта последнего года жизни Петра I.

 "Петр с Екатериною возвратился из Москвы в Петербург; готовились устраивать новое торжество, долженствовавшее совершиться через полгода, — обручение молодого голштинского герцога, родного племянника Карла XII с дочерью Петра и Екатерины, цесаревною Анною Петровною. Петр между тем неусыпно занимался своими обычными разнообразными делами, переходя от усиленных работ к обычным своим забавам. Так, в конце августа он присутствовал при торжестве освящения церкви в Царском Селе. Пиршество после того продолжалось несколько дней, выпито было до трех тысяч бутылок вина. После этого пира государь заболел, пролежал в постели шесть дней, и едва только оправился, как уехал в Шлиссельбург и там снова устроил пиршество, празднуя годовщину взятия этой крепости. Из Шлиссельбурга Петр поехал на олонецкие железные заводы, выковал там собственноручно полосу железа в три пуда весом, оттуда поехал в Новгород, а из Новгорода в Старую Русу, осматривал в этом городе соляное производство…".
(Н. Костомаров "Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей")


 Петр, как известно, основал "Всепьянейший собор", на котором он и его соратники расслаблялись от государственной деятельности, занимаясь систематическим пьянством, и умер царь вскоре после одного из таких "соборов". Во время болезни Петр временно терял трудоспособность, становился беспомощным, и в этом состоянии легко мог стать жертвой возможных заговорщиков.
 Что касается основной болезни царя — заболевания мочевыводящих путей, то специалисты пишут, что не все известные в то время методы лечения были использованы. Так, при многодневной задержке мочи лишь один раз производилась катетеризация. А ведь в то время существовала операция — цистостомия, которую широко практиковали хирурги XVIII века и которая могла если не спасти Петра I, то хотя бы продлить ему жизнь. Но по непонятной причине врачи не пошли на нее.26
 Положение Петра в стране и в мире было таким, что лечили его лучшие врачи, и вряд ли можно допустить, что залечили царя по незнанию. Тем более, что приступы болезни были постоянными, и очень странно, что Петр все время более-менее благополучно выздоравливал, а ИМЕННО приступ, случившийся с ним вскоре после "дела Монса" стал смертельным. Да и в январе 1725 года, судя по всему, Петр не собирался умирать. Современники говорят, что царь НА ВСЯКИЙ СЛУЧАЙ исповедовался, причастился и ПОСЛЕ ЭТОГО надеялся выздороветь через семь дней.

 "Покуда болезнь мешает монарху заниматься делами. Третьего дня он на всякий случай исповедовался и причастился, ибо и сам не думал оправиться от страшно мучивших его болей, от которых он очень ослабел. Ночь со среды на четверг он проспал часов пять, и этот день провёл довольно спокойно, так как боли значительно поутихли. Толстой, Головкин и Апраксин были допущены к нему, но прибывших после них Ягужинского и Остермана не допустили, чтобы не утомлять монарха. Вчера, в пятницу, лихорадки совсем не было, а урина была гораздо чище, и царю продолжали давать те же лекарства, которые он принимал всё время против задержания мочи. Его лечат теперь одними бальзамическими травами и надеются, что дней через семь или восемь он будет в состоянии встать с постели и заняться наиболее важными делами".
(Кампредон, посол Франции)


 Есть свидетельства о том, что крики его раздавались по всему дворцу. А так можно услышать только ПРИЗЫВНЫЕ крики, когда человек хочет докричаться до кого-то, то есть, крик направленный.27 Уж не пытался ли Петр докричаться до кого-то сквозь свое ближайшее окружение? Ведь из источников мы хорошо знаем, что больной царь фактически был изолирован — ни одного нежелательного постороннего под предлогом болезни к нему не допускали. Хорошо, когда верные слуги делают так заботясь о тебе, а если эти слуги уже НЕ ВЕРНЫЕ? Петр почти всю сознательную жизнь был самодержцем, то есть, привык видеть вокруг себя раболепство и заискивание окружающих. Естественно он мог УМОМ представить, что всё может быть иначе, но проникнуться в это душой, понять это сердцем, поверить в такое на уровне подсознания он не мог, ибо не имел подобного опыта. Даже в самые тяжелые моменты жизни, даже под угрозой смерти и свержения или плена враги были где-то далеко, а рядом — всё те же раболепные слуги. Из истории мы знаем, какими беспомощными становятся свергнутые владыки, ОНИ НЕ МОГУТ жить по-другому, жить вне власти, жить ПО-ЧЕЛОВЕЧЕСКИ, или по крайней мере им требуется длительная адаптация для того, чтобы преобразиться в нормальных людей.
 Разумеется, досконально восстановить последние часы жизни Петра невозможно, ибо сведения об этих часах поступали сквозь кордон его ближайшего окружения из оцепленного гвардией дворца. Так, скажем, указы об освобождении преступников можно принять за подлинные указы Петра. Во-первых, такое в традиции заболевших царей, во-вторых, из приведенного в начале статьи текста Соловьева мы видим, что Петр и в критической ситуации не прощал явных душегубов, и это в духе его характера. Тем более, что освобождали людей ВО ЗДРАВИЕ ГОСУДАРЯ. Что касается сведений о том, что Екатерина в последние часы жизни вымолила у Петра прощение для Меншикова, то я сильно в этом сомневаюсь. Скорее всего, это ложь, придуманная Екатериной и Меншиковым.28 Когда говорят о том, что Петр велел возле своей спальни поставить походную церковь, в которой исповедовался и причастился, то в это можно поверить. Все цари в подобных ситуациях делают так, да и сам Петр делал это не впервые. О последних годах его жизни писали, что он то призывал к себе доктора, то священника, то вдруг по-старому предавался разгулу с шутами "Всепьянейшего собора". Но смутные сведения о духовнике Петра — Федосе, которому он исповедовался и которого Екатерина потом заключила в монастырь и уморила голодом, заставляют думать, что не всё так гладко было и на духовном фронте…
 Последним указом, продиктованным Петром I, называют указ о продаже купленных товаров (икры и рыбьего клея).29 Я верю, что этот указ принадлежит именно Петру, возможно, он даже последний. Но заниматься таким второстепенным делом, как клей, Петр мог либо после того, как решил вопрос с наследником, либо после того, как пошел на поправку. И поэтому я не верю кабинет-секретарю Макарову, который на официальный запрос "Нет ли какого завещания или распоряжения государя насчет наследника?" ответил: "Ничего нет". Как мы писали выше, Макаров был одним из самых заинтересованных лиц в смерти Петра и приходе Екатерины к власти. И ему ничего не стоило скрыть распоряжение царя.
 А вот, возможно, как оно на деле было. Вырвали из рук перо в тот момент, когда царь смог написать "Отдайте всё…" и не дали дописать страшившего их слова. А, может, сказали: "О'кей, всё будет сделано, Ваше Величество". А после смерти Величества указ о рыбьем клее оставили, а о наследнике уничтожили… Петр звал внука, пришла дочь Анна и усыпила царя, чтобы не болтал лишнего.30
 По крайней мере одно мы знаем точно: возле Петра неотлучно находился когда-то ближайший к нему человек, который готовился вот-вот унаследовать величайшую на тот момент империю. Рядом вертелась Анна Голштинская, принцесса, друзья и слуги. А ПОСТОРОННИМ — приверженцам Петра-внука — предложили КОМПРОМИСС. То есть, использовали метод "кнута и пряника". На сходке вельмож возле умирающего Петра шел бурный торг. Сторонников Петра-внука не только пугали гвардией, сенатом, синодом. С ними вели активные переговоры. Было обсуждено, например, такое предложение: Петр-внук становился императором по названию, а императрица Екатерина — правительницей-регентшей. И хотя оно было отвергнуто, вельможи ДОГОВОРИЛИСЬ. И несмотря на то, что все в верхах знали о "черной кошке", пробежавшей между Петром и Екатериной, никто не поднял вопроса об отравлении Петра, или сокрытии его последней воли, так как противная сторона была задобрена и запугана одновременно — очень тонкий и грамотный ход. Вскоре на всех посыпался щедрый дождь наград и званий. А простому народу объявили коронацию Екатерины как исполнение воли Петра… Народ поворчал немного, да и замолчал.
 Вот почему столько "проколов" в официальной версии смерти Петра — те, кто ее придумывал, делали это, во-первых, в спешке, во-вторых, они знали, что в ближайшее время никакие влиятельные силы оспаривать ее не будут. А потом… а потом появился Соловьев, освятил ее своим авторитетом, да так освятил, что последующие историки, за редким исключением, не смотрели на нее критично — чего там копаться, если сам Соловьев уже во всем разобрался. К тому же, когда ты поднимаешь подобные "скользкие" темы, то рискуешь оказаться в одном ряду с сенсационными заметками "желтых историков", работающих на потребу падкой публики.
 Перелопатив множество первоисточников первой половины XVIII века, добившись того, что персонажи, о которых я пишу, стали мне хорошо знакомыми, почти "родными" людьми, уже приближаясь к концу статьи я начал сомневаться — а правильно ли делаю, что пишу ее? Ведь внешне моя работа выглядит подобно какой-нибудь "сенсационной" писанине или "исследованиям", утверждающим, что первую электролампочку изобрели неандертальцы, Иисуса распяли в XII веке, а Есенина и Маяковского  убили сотрудники карательных органов. Сейчас, к сожалению, авторитет науки пал, а ее место пытается занять псевдонаука. Зачем обывателю копаться в работах ученых, многие из которых за всю жизнь смогли добавить лишь кирпичик в огромное здание науки, в то время, как псевдоученый "строит и перестраивает" все здание за один присест? Когда появляются различные "Велесовы книги", "Новые хронологии", "Коды да Винчи", одним махом опрокидывающие всю многовековую работу добросовестных ученых? Недоучившийся обыватель любит "масштабные прожэкты", любит, когда колеблются основы мироздания и чтобы все сразу стало понятно. Если бить — так в фундамент. Начиная с египетских пирамид, построенных инопланетянами, и заканчивая Александром I, которого эти инопланетяне унесли в неизвестном направлении. А если не во всемирном масштабе — то подавай такое, чтоб дух захватило. Например, возьми самые раскрученные исторические персонажи и назови их поголовно… гомосексуалистами, или опиши их половую жизнь, выдумав несуществующих любовниц или душераздирающие драмы в стиле "мыльных опер". Вот это по нашему! Вот это история!
 Чтобы откреститься от псевдонаучных "коллег по перу", скажу сразу, что моя работа ни на что глобальное не претендует. Это лишь маленький кирпичик, добавленный к старому зданию, а не новое здание. Моей задачей было не написать свою версию смерти Петра, а опровергнуть официальную. Сейчас в лучших традициях бульварного романа об окончании правления Петра Великого пишут примерно так: "Отдав всего себя государственным делам, Петр мало занимался семьей и был несчастен в личной жизни. На смертном одре немеющей рукой император смог вывести только "Отдайте всё…". Однако отдавать великое дело и великую державу оказалось некому". Я же хочу сказать, что не только "было кому", а было даже с избытком. Десятилетний внук и регентский совет из вернейших сподвижников и воспитателей ребенка при нем — уж куда лучше тех ничтожеств, которые обретались на троне Петра до начала правления Екатерины Великой. И кто-кто, а Петр понимал это. Более того,  смерть его совпала с разоблачением ближайших людей, а ведь ничто не мешало Петру жениться еще раз и завести себе новых наследников. И он не мог не думать о таком варианте… не успел?
 В лучших традициях бульварного романа об окончании правления Петра пишут примерно так: "В конце жизни Петр обнаружил, что все ближайшие соратники его предали, и в этом была его человеческая трагедия". Задача моей работы — доказать, что всё было не так, переставлены местами причины и следствие. КОНЕЦ ЖИЗНИ Петра настал от того, что он ОБНАРУЖИЛ предательство ближайших людей.
 Не претендует моя работа и на сенсационность. Перечислив четыре возможных сценария развития событий, я не останавливаюсь ни на одном из них, потому что понимаю — чтобы сделать это квалифицированно, надо не только по-новому прочесть ВСЕ первоисточники, сделать хронологию событий по дням, привести биографии и поведение ВСЕХ действующих лиц. Надо провести ряд медицинских экспертиз с трупом.
 Ибо, если рассуждать чисто психологически, убийство путем отравления редко встречались в русской истории. Это удел европейской или византийской практики. А в России монархов обычно душили, рубили, взрывали, расстреливали, но не травили. Да и Меншиков с Екатериной Петра по-своему любили,31 поэтому психологически им было бы трудно пойти на такой экстраординарный шаг, как отравление, пусть и под "дамокловым мечом" нависшей угрозы. С другой стороны, даже если ближайшие люди Петра, люди, имеющие к нему доступ (как выразились бы сейчас), всего лишь не дали бы ему очухаться от болезни, начавшейся независимо от них, то и здесь не обойтись без помощи доктора. Хотя Екатерина и взяла на себя роль сиделки, доктора к Петру вызывали — мы это знаем достоверно. И чтобы Петр умер, надо было как-то "обрабатывать" этого доктора. Конечно, лекари на Руси в то время были в основном иностранцами. Приезжали в Россию они РАДИ ДЕНЕГ и смотрели на Петра не как на своего монарха, а как на ИНОЗЕМНЫЙ (то есть, чужой) источник обогащения. В той ситуации, которая сложилась, Меншиков с Екатериной могли дать доктору денег на два порядка больше, чем он мог заработать за всю свою жизнь… Тем более, что доктор ничем не рисковал, ну, подумаешь, не то лекарство прописал — не отраву же всыпал. Однако доказать вину докторов можно лишь косвенно.
 Если говорить о четвертом приведенном мной сценарии (смерть Петра была естественной, но завещание скрыли), то здесь настораживает то, что смерть наступила СРАЗУ ЖЕ после разоблачения Монса.
 С психологической точки зрения очень вероятна и комбинированная гипотеза — Меншиков и Екатерина после разоблачения начали искать возможность устранения монарха, и в результате этой работы они неизбежно должны были выйти на докторов. Очередной приступ болезни Петра дает их лихорадочным мыслям новое направление. Петр во время болезни беспомощен, нуждается в сиделках — так пусть это будут НАШИ сиделки. К следующему приступу болезни они уже готовы. Травить не надо (фу-у, слава Богу), гораздо безопаснее не долечить. После чего завещание монарха уничтожают и провозглашают Екатерину самодержицей.

 Все гипотезы жизнеспособны — ни одна не доказуема сейчас на все сто процентов. Поэтому перед своей работой я ставлю маленькую, но посильную цель. Данная статья не должна дать новую версию смерти Петра Великого, ее задача — сделать так, чтобы в учебниках истории в конце биографии Петра стояло не эффектное "Отдайте всё…", а скромный, но достоверный текст. Примерно следующий:
 "Петр Первый умер при невыясненных до сих пор обстоятельствах. Весьма вероятно, что к смерти его причастны близкие ему люди, злоупотребления которых начали расследоваться за два месяца до кончины императора".
 А в более подробных описаниях надо приводить версию Соловьева и аргументы ЗА и ПРОТИВ ее подлинности. Аргументов ПРОТИВ, как видите, больше. Но я не переписываю картину истории, а добавляю в нее маленький штришок.
 Вот как в XIX веке знаменитый историк Т.Н. Грановский описывал свое впечатление от портрета Петра Великого, который был написан с мертвого, тотчас после кончины преобразователя:
 "Верхняя часть божественно прекрасного лица запечатлена величавым спокойствием; мысли нет более, но выражение ее осталось. Такой красоты я не видел никогда. Но жизнь еще как будто не застыла в нижней части лица. Уста сжаты гневом и скорбью; они как будто дрожат. Целый вечер смотрел я на это изображение человека, который дал нам право на историю и едва ли не один заявил наше историческое призвание".


Сергей Аксёненко

ПРИЛОЖЕНИЕ: Случаи из жизни Петра Великого >>>

   

« назад «





Комментарии к статье


Русский историк Сергей Михайлович Соловьев (1820-1879), автор "Истории России с древнейших времен" в 29 томах.












17 — "Целый ряд специальных исследований, посвященных ученой разработке отдельных фактов, эпизодов, учреждений, источников нашей истории, шел от положений, изложенных в "Истории России" (труд Соловьева - С.А.), в ней искал первых руководительных указаний и ею же проверял свои выводы и открытия, даже когда частично пополнял и поправлял ее".
(В. Ключевский)

 

 

18 — Да, именно государственных, так как в царской России чины присваивались даже ученым. Звание академика или должность ректора  университета во второй половине ХIХ века считались генеральскими (действительный статский советник) и приравнивались к посту губернатора. Да что там ректор! Даже ординарный профессор имел генеральский чин (статский советник) и приравнивался к вице-губернатору.

19 — Столь удивительная плодотворность становится понятной, если мы обратим взор на режим дня выдающегося историка, которого он придерживался в течение 35-ти лет. Соловьев вставал в 6 часов утра и сразу же садился писать, в 9 часов он пил чай, шел в архив или университет, причем на лекции не опаздывал и не пропускал их, даже если был нездоров. Историк возвращался домой около 16.00  и снова работал до 21.00. Спать ложился в одиннадцать вечера.

20 — Добавим к этому, что Соловьев также учил великих князей, которые были потомками Анны. Среди воспитанников Сергея Михайловича был даже будущий император Александр III.

21 — А если вы внимательно прочтете текст Соловьева о последних днях Петра, то найдете там легкий намек на действительную причину смерти монарха — "дело Монса также не могло содействовать выздоровлению".

22 — Одно из немногих исключений - Петр III, убитый своей женой Екатериной II. Но факт убийства скрыть было невозможно, да и сама Екатерина была предком правящей династии. Поэтому, описывая семейную неурядицу 1762 года, историки приняли сторону пророссийской немки Екатерины, а не пропрусского немца Петра. Критиковали и прогерманскую Анну Иоанновну, но она принадлежала к другой ветви Романовых.

23 — В их числе освободитель Москвы — князь Пожарский.

24 — Очень не повезло в историографии Борису Годунову — представителю династии (династии, потому что после него очень недолго царствовал 16-летний сын Федор), которая чуть ли не преградила Романовым дорогу к власти. Один из самых талантливых и гуманных (естественно, по меркам своего времени) российских самодержцев оплевывался историками на протяжении всего правления Романовых-Гольштейн-Готторнов, потому что те в нем видели соперника своих предков. При советской власти оплевывание Годунова продолжалось по другой причине — его ругали как царя "по должности", что было в традициях советской историографии. К тому же, при Борисе был окончательно отменен "Юрьев день" — то есть, он лишил возможности крестьян уходить от служивых людей, для того, чтобы эти люди имели средства для службы отечеству. Из-за отмены "Юрьева дня" историки сделали царя Бориса одним из главных закрепостителей крестьянства.

25 — Есть недоказанное мнение, что запись об Анне была вставлена в "Записки" позже, когда уже Елисавета подумывала об объявлении сына Анны своим наследником.







Петр Андреевич Толстой.















Петр Алексеевич, соперник Екатерины I.





















В. Серов "Петр II и царевна Елизавета на псовой охоте".


































За два года правления Екатерины I Меншиков успел набрать такой силы, что даже обручил свою дочь — Марию (на картине) — с внуком Петра Великого.



















































26 — Некоторые историки распускают слухи, что причиной заболевания Петра была венерическая болезнь. Благочестивые дедушки из советского политбюро во главе со сталинским генералом Л. И. Брежневым решили защитить честь предшественника. Светила советской венерологии доказали, что гнусные намеки в адрес первого императора несправедливы. Я думаю,что с ними можно согласиться. Ведь никто не может опровергнуть того, что царь имел обширные любовные связи, и если бы у него и вправду были венерические заболевания, то "венеру" бы вскоре подхватила вся верхушка страны. А мы знаем, что этого не случилось.

 

 

 

27 — Крик от боли, каким бы страшным и громким он не был, рассеивается, потому что направлен "в никуда", вернее, во все стороны, и слышен только вблизи. Если вы бывали в роддоме, то можете понять о чем я говорю. Большой роддом по величине можно сравнить с дворцом. Как бы ни кричали роженицы, их крики слышны всего за несколько комнат, а вот если крикнуть с целью специально докричаться до кого-то, то такой крик и вправду можно услышать далеко.






















28 — Тем боле, что следствие по делу "светлейшего" продолжалось некоторое время и после смерти императора.






29 — "Странная тема для последних распоряжений", говорят некоторые комментаторы. А по мне — очень даже хорошая тема. Власть должна быть скучной и незаметной в глазах публики, власть должна быть распорядительной и деловитой — тогда она хорошая власть. У меня отлегло от сердца, когда я, включив в августе 2006 года радио, услышал, что депутаты вместо политического шоу заняты какой-то законотворческой скукотищей. По сути, для этого, а не для политической клоунады их выбирают. И то, что Петр в последние часы жизни диктовал и подписывал скучнейшие бытовые распоряжения, говорит о том, что он был добросовестным хозяином страны.

30 — Мы знаем, что Петр, после того, как пытался выдавить из себя имя наследника и потерял сознание, прожил еще 36 часов. Так по их версии — версии его ближайшего окружения. По крайней мере, в таком — бессловесном — виде его демонстрировали вельможам. Здесь еще одна параллель со Сталиным, который, лишившись возможности говорить и ходить, прожил еще несколько суток (по официальной версии).

 


















Екатерина I.








31 — С Екатериной всё намного сложнее. Как известно, для мужчин измена зачастую носит исключительно телесный механический характер и не всегда связана с духовной близостью, с любовью. У женщин подобное тоже встречается, но гораздо реже. Обычно нормальная женщина решается на измену после того, как появилось душевное влечение. Мужчина играется, женщина отдается. Не разлюбила ли Екатерина постаревшего Петра, связавшись с молоденьким красавчиком Монсом? Любила ли она Петра по-прежнему, видя голову возлюбленного у себя на столе? Не могла ли она, прощая Петру бесконечные измены, считать себя вправе изменить хоть один раз? И не решилась ли она после всего того, что произошло, ОТОМСТИТЬ мужу? Ведь, как известно, доведенные до крайности женщины могут быть очень мстительными, жестокими и злопамятными, особенно по отношению к тем, кого когда-то любили. Эта черта в женской психике выражена гораздо сильнее, чем в мужской. Тем более, что Екатерина - иностранка, и к Петру как к монарху верноподданнических и религиозных чувств испытывать не могла. Более того, не считала ли она, что после всего случившегося ИМЕЕТ ПРАВО на ответный ход? Возможно она решилась устранить царя не только из страха за свою судьбу, но и в качестве мести за возлюбленного Монса, который смотрел на нее из банки и как бы говорил: "Отомсти, отомсти за меня". Может, она действовала с чистой совестью, по крайней мере, так позиционировала свои поступки? Добавьте сюда ревность. Скрепя сердце, она прощала царю измены, но прощала ли их в глубине души? Может, просто делала вид, что прощает, и накапливала ненависть? Но до "дела Монса" она могла смотреть на соперниц свысока, зная, что, переспав с ними, царь всё равно вернется к ней, что она ИМПЕРАТРИЦА, а они — "девочки на ночь". После ноября 1724 г. Екатерина не могла так смотреть на соперниц, она должна была в них видеть не только соперниц в постели, но и возможных конкуренток в борьбе за титул императрицы. Не ставила ли она себя на место Лопухиной? Каково сидеть в монастыре и видеть, как на ТВОЕМ ТРОНЕ и в твоей спальне хозяйничает молоденькая красотка?




Голова Петра Великого, отлитая по его посмертной восковой маске.