Журнал для интеллектуальной элиты общества  
 
 

Архив статей

 2007 / №02

02.12.2008 Кризис демократии, часть 2
/С. Аксёненко/ "Время Z" №2/2007


<<< вернуться к части 1


Личная свобода, парады гомосексуалистов и перфомансы онанистов

 Понятие "демократия" очень противоречиво и расплывчато. Реальной власти народа не было и никогда не будет. Но если понимать под этим термином то, что политологи в XIX веке назвали "правовым государством", то демократии за пределами Европы традиционны только для молодых стран англосаксонского происхождения. То есть, тех стран, где демократическим англичанам удалось истребить большую часть коренного населения и самим стать большинством. В тех бывших английских колониях, где местное население смогло выжить (Индия, Пакистан, Бангладеш, Зимбабве) демократия не является традиционной и не приживается.
 Обманчивость двухклановой демократии - виги и тори, демократы и республиканцы - очевидна. Решения в любом случае принимает узкий круг партийного руководства, и в этом плане нет никакого отличия партий Запада от той же КПСС. Но возможность людей ВЫБИРАТЬ между несколькими  кланами - большое достижение. На этом зиждется ощущение свободы.

 При многопартийной системе во многих странах получается так, что из множества партий избиратель останавливается только на двух. Остальные партии малозначительны. Такой дуализм удобен для простых граждан, которые не желают углубляться в политические дебри, запоминать различия между сотнями партий. Когда партий только две, всё проще: "не справились ЭТИ — завтра проголосуем за ТЕХ, то есть, за противников ЭТИХ". Но для нашей страны установление двухпартийной системы опасно. Это может закончиться расколом Украины. Подробнее об этом см. в статье П. Василенко "Призрак ходит в Украине, призрак…"


 Разумеется, демократии изменчивы. В ХІХ веке они были не такими, как в ХХ, а в ХХ - не такими, как в ХХІ. И после широкого развёртывания терроризма (особенно после терактов 2001 года в США) стало очень заметно, что свобода личности входит во всё бОльшее противоречие с необходимостью обеспечения безопасности граждан. Мы видим постепенное свёртывание демократии. А в некоторых вещах, скажем, в отношениях с фискальными и налоговыми органами, граждане СССР были изначально гораздо более защищёнными, чем граждане западных демократий, по крайней мере, их не выселяли из квартир, когда у них были финансовые трудности.
 В том, что личная свобода граждан демократических стран сокращается, нет ничего удивительного. Как свидетельствует история, почти все демократии проходят через этапы обретения свободы, её максимального пика (когда свобода одних граждан угрожает безопасности других) и спада. Это естественно - ведь личная свобода должна заканчиваться там, где она мешает жить окружающим. Так организуется человеческое сообщество. Не будь такого, люди давно уже перебили бы друг друга и исчезли как вид. Но вот что понимать под терминами "свобода" и "безопасность"? Одно дело - когда в самолёт нельзя брать перочинный ножик или жидкость (вдруг ты террорист), и совсем другое - когда тебя оштрафуют за курение на улице, даже если ты куришь возле урны, а ближайший прохожий находится в ста метрах. Видите ли, ты не угодил особо рьяным борцам за здоровый образ жизни. В некоторых моментах стихийное развитие демократий дошло до абсурда и больше напоминает дебилизм. Борцы за демократию воюют с курильщиками, зато допускают свободную продажу наркотиков. Мужчину могут привлечь к суду за то, что он в транспорте уступил место женщине,12 но при этом демократы поощряют гомосексуальные браки и парады всяких извращенцев.13 Демократы ничего не имеют против того, чтобы уничтожить тысячи ни в чём не повинных людей в Сербии или Ираке, зато поднимают вой на весь мир, когда в той или иной стране приговаривают к казни маньяка-убийцу. Судят домохозяйку за то, что, пользуясь ее компьютером, кто-то скачал песню из Интернета, зато всерьез рассматривают проект о выдаче одной из фирм патента на слово "счастье".14 Я здесь не скатываюсь на политическую риторику. Я констатирую факты. Более того, чтобы меня не обвинили в политической заангажированости, скажу слово в защиту демократов. Отцы-основатели демократии вовсе не планировали парады извращенцев. Нет, эти люди хотели только хорошего. К парадам голубых привело логическое развитие событий. Не успели вовремя остановиться.

 События развивались примерно так. Сначала сказали: "Не виноваты же голубые, что они больны — не надо их в тюрьмы сажать" (я, кстати, с этим посылом согласен). Дальше — больше: "Разве голубые не такие же граждане? Коль другие имеют право пропагандировать свои идеи, пусть и они пропагандируют". Тут логика уже нарушена, так как разрешено пропагандировать вещи от природы неестественные для человека (исходя из такой точки зрения и добровольный суицид можно пропагандировать). То есть, разрешение пропаганды гомосексуализма является нарушением ЕСТЕСТВЕННОГО права человека — нарушением прав других граждан. Но сделав первый и второй шаги, демократы приучили общество к тому, что педерастия — это нормально. А раз у общества исчезло отторжение, исчез иммунитет на извращения — политики смогли гнаться за голосами извращенцев, УЖЕ НЕ БОЯСЬ ПРИ ЭТОМ ПОТЕРЯТЬ ГОЛОСА НОРМАЛЬНЫХ ИЗБИРАТЕЛЕЙ. Третий шаг не за горами. По природе все меньшиства более организованны, активны, агрессивны, чем пассивное большинство. Так что демократы скоро признают, что нормальны ТОЛЬКО гомосексуальные браки, а детей надо производить в пробирке.


 Недобросовестные люди умеют пользоваться свободами гораздо лучше, чем  добросовестные. Надо сказать, что даже на Западе всё больше и больше людей осознают порочность избранного пути. Однако оставаясь в рамках демократии, свернуть с такого пути нельзя. Легче свернуть демократию. Скоро Западу придётся выбирать: или выжить, но отменить демократию, или сгинуть. Ничего не поделаешь - все системы стареют а потом гибнут. Закат Древней Греции начался с того, что общество стало лояльно относиться к голубым, а Рим потерял свою силу и погиб после того, как пресыщенные, скучающие римляне начали предаваться извращениям.

 Я не говорю уже об убожестве созданной Западом и навязываемой другим народам маскультуры (об этом см. статью С. Курия и С. Аксененко "Культ безличности" — "Твое Время" №2– 3/2003). Но что там маскультура - удел скучающих домохозяек! Недавно мне попалась шикарно иллюстрированная английская книга "Шедевры искусства 20 века". Есть в этой книге кое-что о Пикассо, Сезане, Матиссе и Гогене, но в основном там говорится о других "шедеврах". Открывает книгу перфоманс "Рассадник семени", суть которого в том, что автор-художник онанирует в глубине галереи и делится с публикой своими впечатлениями через громкоговоритель. Другой художник создавал свои шедевры из собственных экскрементов, которые он консервировал и рассылал поклонникам. Еще одна художница создала перфоманс "Внутренний свиток". Суть перфоманса в том, что художница писала на бумаге феминистические тексты, прятала их себе во влагалище, а во время перфоманса доставала и зачитывала. Еще один художник делал слепки своих гениталий, приставлял их к манекенам и украшал свои творения волосами с собственного лобка. Другая художница во время перфоманса резала лезвием себе живот. Следующий художник отличился тем, что писал картины ядовитыми красками (в прямом смысле слова), а еще один пропускал книги через стиральную машину и в таком виде выставлял их как произведения искусства. Еще один во время перфоманса закалывал животных. А некоторые даже показывали половой акт в крови убитых зверушек. Еще один обмазывал голых женщин красками, сажал их на листок бумаги, бумагу кое-где прожигал и выставлял свои "шедевры" как высшее достижение искусства. Еще один перфоманс — художник сидит в ванне с разлагающимся мясом. И еще один подобный — художник валяется в куче грязи. Это не говоря уже об огромном множестве "черных квадратов", "глубокомысленных" линий на холстах, рассыпанном мусоре, который выставляется как предмет искусства... Я не против авангарда. Более того — я люблю авангард. И готов причислить к гениям того, кто ПЕРВЫМ нарисовал "Черный квадрат", выставил пустой холст, мазню, нарисованную хвостом осла, дав ей при этом хитроумное название. Кто первым продемонстрировал писсуар, как музейный экспонат, устроил молчание вместо музыки, или написал на холсте тупой анекдот и выставил холст в галерее. Но когда квадраты и писсуары (вариант — ромбы и пивные банки) полились сплошным потоком, когда люди, не будучи настоящими художниками, научились ПРОДАВАТЬ свои поделки толстосумам, желающим быть причастными к искусству — это уже не искусство. Может быть все и должны пройти через это? Наесться и забыть? В России уже выставляли экскременты, резали свиней в галереях, бегали голыми, писали матерные книги... Может теперь наша очередь? Сейчас в Украине в моде писательница, описывающая свои менструальные выделения и фекалии. Может теперь уже пришла очередь художника, который опорожнится под картиной Ван-Гога и скажет, что создал шедевр?


Реальная ли демократия на Западе?

 Но даже не в этом сейчас главный недостаток демократии - главный недостаток в её иллюзорности. Дело в том, что ныне граждане демократических стран ничего не решают в сфере реального управления, так как центр принятия решений сместился. Все эти демократические выборы имели смысл в прошлом, а сейчас всенародно избранные президенты и парламенты мало что значат. Пока ещё нельзя сказать, что власть от них ушла полностью, но к этому всё идёт. Скоро граждане Запада будут голосовать за людей, которые ничем не управляют. Центр принятия решений медленно, но неуклонно перемещается от политических партий и органов государственной власти к финансовым корпорациям. Партии и органы власти постепенно становятся лишь филиалами корпораций. Конечно, власть всегда была тесно связана с деньгами, с собственностью, но раньше любая государственная власть была сильнее финансовой. Скажем, задолжал французский король Филипп IV богатенькому ордену тамплиеров - нет проблем - орден распущен, руководство казнено, деньги взяты в казну. Увидел Людовик XIV приглашённый в гости к министру Николе Фуке, что его министр чуть ли не богаче короля, нет проблем - министр в тюрьме, деньги в казне. Скопил царедворец Меншиков невиданные богатства - нет проблем - один царский указ, и Меншиков в ссылке, а богатства в казне.
 И когда в прежние времена граждане, устанавливая демократию, пытались поставить под контроль общества ИМЕННО государственную власть, то они пытались контролировать тот центр, который РЕАЛЬНО руководил государством и обществом. Теперь не так. Благодаря той же демократии государственная власть потеряла контроль над финансовой. Теперь чтобы посадить олигарха в тюрьму надо либо свернуть демократию, либо... либо олигарха не посадишь.
 Если вы посмотрите на гигантские бюджеты корпораций, многие из которых превышают бюджеты государств, посмотрите на количество работающих в них людей, на сеть представительств по всему миру, если вспомните, что, в отличие от советских предприятий, ЭТИ организации не подконтрольны государственной власти, вы поймёте, что корпорации уже сильнее государств. Реальная власть теперь ТУТ - в финансовых центрах, а не в парламентах и правительствах. И вот вопрос - выбирают ли рядовые граждане руководство этих организаций? Нет, руководство НАЗНАЧАЕТСЯ узким кругом владельцев и топ-менеджеров корпораций, нередко власть в таких финансовых ИМПЕРИЯХ передаётся по наследству. И рядовые граждане по сути бесправны перед боссами новоявленных абсолютных монархий. Как-то глава третьей по величине компьютерной империи США Чарльз Вонг во время игры в гольф, безо  всякой причины, исходя лишь из своего игривого настроения, уволил 500 человек. И никакие профсоюзы и законодательные гарантии не смогли их защитить. А смог бы себе позволить такое директор завода в СССР? Да от него за такой произвол мокрого места бы не осталось. Таким образом, для Запада демократия - это лишь переходной этап между всевластием королей и всевластием новых "королей" - финансовых корпораций.

 Теперь о местном самоуправлении. Магдебургское право - один из краеугольных камней демократии, и это, конечно, хорошо. Хорошо, когда громада (коммуна) - жители одного населенного пункта сами управляют своей общиной. Но Магдебургское право сложилось в средние века, когда население европейских городов составляло 3-5 тысяч человек. Города с пятидесяти- и стотысячным населением в то время можно было по пальцам пересчитать. Тогда, конечно, люди знали, кого они избирают. Знали лично и могли контролировать своих избранников. Сейчас в селах, поселках, небольших городах самоуправление общины реально. Но ведь огромное количество людей живет в мегаполисах, население некоторых мегаполисов превышает население целых государств.15 И самоуправляемая громада здесь уже не может существовать в принципе. Какая громада в городах с населением 10-15 миллионов? То, что Магдебургское право стало нелепостью, показывает пример некоторых городов США. Раньше было так - самоуправляемые города и села входили в состав штатов. То есть, в городах и селах было местное самоуправление, а в штате уже действовал принцип государственного управления. А сейчас некоторые мегаполисы на атлантическом побережье до того разрослись, что фактически находятся на территории нескольких штатов.16 Скоро один город станет включать в себя несколько штатов. То есть, всё становится с ног на голову - раньше штат включал в себя города, теперь город (единица меньшего порядка) будет включать в себя штаты (единицы большего порядка). Естественно, мегаполисы по своей природе могут управляться на началах только государственного, максимум регионального, управления, а не на началах местного, так как их жители уже не являются территориальной громадой в изначальном ее понимании.17
 Таким образом мы видим, что в западных демократиях: а) реальная государственная власть уходит от общества в корпорации; б) местное самоуправление становиться формальностью; в) права граждан защищены во многом лишь на бумаге. То есть, по сравнению с тем же СССР, граждане Запада меньше защищены в своем праве на труд (от безработных просто откупаются пособиями, что ведет к их моральной деградации), на отдых, на социальный минимум; больше защищены в праве на личную инициативу, на предпринимательство, на свободу слова. То есть, там, где прибавляется одно, убирается другое. Мы видим, что в западных странах были люди, которые предпочли бы своей беспокойной демократии спокойную и надежную советскую жизнь, и в СССР были люди, которые бы предпочли мобильную жизнь Запада своему социализму.18 Но основная масса людей предпочитает не искать новое. Они предпочитают лишь усовершенствовать свой ТРАДИЦИОННЫЙ образ жизни.

 Если говорить о демократиях в историческом разрезе, то можно определенно утверждать, что подобные системы скорее исключение, чем правило. Существовали они лишь на небольшой части европейской территории и в немногих местах неевропейской части Средиземноморья. Западной и советской исторической науке свойственно статичное описание этих демократий. Просто описывают выборы, политическую борьбу, жизнь греческих Периклов, римских Гракхов, новгородских Вадимов. А если описывать эти демократии не статично, а в исторической динамике, то выходит, что существование подобных систем было кратким и заканчивалось, как правило, кровавыми бойнями и установлением диктатуры или олигархии. К тому же, разве можно считать демократическими страны, где демократией пользуются лишь свободные и богатые, а остальные - рабы (Греция, Рим, да и те же США до середины XIX века) или бесправные городские низы и податные общинники (тот же Новгород, европейские республики средневековья). А режим республики Венеция (с ее тайной полицией, "Советом десяти", пастями каменных львов, куда клали доносы) вошел в историю как классический образец жуткого тоталитаризма. Обращает на себя внимание еще одна особенность европейской (а значит и мировой) демократической традиции. ОНА ПРЕРВАНА. По сути, ни одна древняя средневековая демократия (за исключением кое-где городского самоуправления) не перелилась в новую. Все старые республики в той или иной степени прошли стадию абсолютизма или диктатуры. Разумеется, я не отрицаю определенной преемственности. Но в этой связи хочу высказать одну мысль. На мой взгляд, в основе всех европейских демократий лежат не столько традиции греко-римских и средневековых республик, не столько самоуправление вольных купеческо-ремесленных городов и сельских общин, не столько установки феодальной вольницы, не столько либерально-рыночная идеология протестантской религии, не столько труды философов просвещения, сколько традиции военного братства викингов. Дело в том, что викинги (из-за особых природных условий) жили небольшими изолированными самоуправляемыми общинами. Земля их была бедной и они "подрабатывали" морским грабежом. Организовывали банды-дружины, избирали вождей-конунгов - и вперед! Военное братство викингов отличалось, с одной стороны, прочной дисциплиной, с другой - относительно высоким значением каждого воина. Рядовой был почти таким же равноправным членом бригады, как и вождь. Викинги завоевали Нормандию и образовали там свое герцогство в составе французской короны. Позже герцог Нормандский завоевал Англию.19 Таким образом, традиции вольного братства викингов оказали влияние на формирование основ двух ведущих демократий - английской и французской. Викинги также вступали в тесное соприкосновение с немцами, имели свои королевства в Средиземноморье, основали ирландский Дублин. Немалое влияние оказали скандинавы и на Финляндию,20 которая была зависима от Швеции. И ныне демократии Дании, Швеции, Норвегии, Исландии считаются образцовыми.
 Хотя конечно на расстоянии нельзя судить о демократичности и недемократичности той или иной страны, исходя из ее государственного устройства или декларируемых принципов. Зачастую в империях и при абсолютизме большинство граждан жило гораздо более насыщенной, счастливой, устойчивой жизнью, чем в самых демократических республиках.

 Итак, мы видим, что демократия в историческом плане - это не более чем исключение, строй, время от времени возникавший на небольшом клочке земной поверхности, а если проанализировать глубже, то подлинная демократия вообще никогда не существовала. Да и не может существовать - разве что на самом низовом уровне и то недолго. Численность общины, которая достаточно велика, чтобы  быть более-менее устойчивой, и достаточно мала, чтобы все ее члены знали друг друга, чтобы не произошло отчуждения власти от граждан, составляет около 400 человек. Теоретически эти 400 граждан могут выбрать совет старейшин и вождя из хорошо знакомых им людей, на общем собрании определять приоритеты внешней и внутренней политики. Но государств с таким населением, то есть, государств с оптимальным для демократии количеством граждан нет. Да и толпа в 400 человек может быть агрессивной, поддаваться эмоциям,21 она может запросто отдаться под власть авторитарного лидера, склонна к крутым мерам. Эти свойства стихийной демократии хорошо продемонстрировала Россия между февралем и октябрем 1917 года, пока, наконец, большевики не возглавили и не обуздали стихийное "творчество" масс. Но мы взяли оптимальную общину в 400 человек, а если их 400 миллионов - о какой демократии может идти речь! Древность не знала представительской формы правления, всё решала простая сходка граждан.22 Советы средневековых городов легко контролировались гражданами - один член совета избирался от 30-100 человек. Да ему сразу перед заседанием избиратели могут дать наказ и тут же проконтролировать его выполнение. А если избирателей десятки, сотни тысяч, миллионы - как тогда? Да, они голосуют за общую программу кандидата в депутаты.23 Но в парламенте избранник сталкивается со множеством конкретных вопросов, и вряд ли все его избиратели (даже те, кто за него голосовал) поддержали бы КАЖДЫЙ его шаг в парламенте. Ведь не может так быть, чтобы депутат выражал чаянья всех своих избирателей. Даже если мы берем идеального депутата (а таких нет).

 Например, я и мой сосед проголосовали за кандидата в депутаты, как за антикоррупционера. Тут мы с соседом солидарны. Но мой сосед — за НАТО, а я — против (или наоборот). Как бы наш общий избранник не определялся в парламенте — нас с соседом он уже не представляет. Теперь он представляет в зависимости от голосования либо меня, либо соседа, либо ни меня, ни соседа (если воздержался).24
 Но это идеальный депутат. А на самом деле, как свидетельствует практика, политики идут во власть не для того, чтобы выполнять какие-то наказы избирателей, а для того, чтобы проводить свою программу. То есть, психологически такие политики25 работают во благо избирателей, но благо это они видят каждый по-своему.

Часть 3 >>>

 

   

« назад «





Комментарии к статье


Обманчивость двухклановой демократии — виги и тори, демократы и республиканцы — очевидна.
















































12 — То есть, мужчина как бы выступил против равенства полов. Когда суфражистки в XIX веке боролись за ЮРИДИЧЕСКОЕ равноправие женщин с мужчинами — эта борьба была справедливой. Феминистки впадают в крайности. Никакой реальной заботы о женщине в феминизме не присутствует. Это, скорее, занятие скучающих западных леди. Скоро впору будет ставить вопрос об освобождении женщин и мужчин в странах демократий от феминизма. То, что феминизм непоследователен, видно на одном примере. В некоторых европейских монархиях изменили закон, устранив первенство мужчин при престолонаследии. Так, мальчик-принц одной из европейских стран перестал быть наследником, потому что у него оказалась старшая сестра. Но на жену правящего короля титул королевы распространяется, а на мужа правящей королевы — нет. Где здесь равенство? Пусть тогда муж Елизаветы II не принцем-консортом именуется, а королем. :)

13 — Дошли до того, что развратили церковь — заставили священников венчать голубых, забыв при том, как Бог покарал садомитов. Голубым даже степень рыцаря дают — настоящие рыцари наверное в гробу переворачиваются. Демократы не остановились даже перед надругательством над детьми, когда голубым разрешили детей восспитывать. Вспомни, читатель, своё детство и представь, что у тебя есть папа, а вместо мамы... ещё один папа (мужик женщиной не станет, как бы он себя не называл).

14 — Законодательство об авторском праве на Западе зашло в глубокий тупик. Оно служит в основном для выбивания денег в пользу финансовых групп, специализирующихся на торговле интеллектуальной собственностью. Выбивают деньги и из стран третьго мира, зачастую заставляют платить за тот продукт, который не был изобретён на Западе, а лишь ЗАПАТЕНТОВАН там (см. об этом мою статью "ACCORD TRIPS"). На Западе уже появляются политические партии, требующие возможности БЕСПЛАТНОГО использования любых объектов интеллектуальной собственности.



Кароли Шниман — автор и исполнитель перфоманса "Внутренний свиток" (фото вверху) и многих других подобных. Художницей она была посредственной, в стриптизерши бы не взяли (не ахти красавица). Объединив то и другое, она приобрела скандальную славу, а значит и деньги.





Богатейший французский "олигарх" XVII века Никола Фуке и современный олигарх  Михаил Ходорковский. Богатство не спасло их от тюрьмы.



15 — В мегаполисах сливаются в единое целое много городов. Раньше слияние городов тоже встречалось, но редко. Например, соединилась крошечная Будда с маленьким Пештом — получился Будапешт. А сейчас в мегаполисах десятки громадных городов сливаются воедино, и уже не поймешь, где закончился один город и начался другой. Приведу пример, который прямо не касается мегаполиса, но хорошо иллюстрирует описываемую мной тему. Когда я был депутатом парламента, один из поселков моего округа (округ совпадал с Лутугинским районом — 100 тыс. жителей) — поселок Роскошное доставлял мне много много проблем. В то время в стране задерживали выплату пенсий. Мой район был дотационным, то есть, получал то, что осталось от остальных — получал, естественно, позже. Мне удалось свести задержку к минимуму. Во всем районе это было воспринято очень хорошо, но в Роскошном пенсионеры все равно были недовольны. Дело в том, что Роскошное фактически слилось с областным центром — Луганском. Луганчане получали пенсию вовремя, а жители Лутугинского района отставали от них на три месяца. И мои избиратели говорили мне: "Мы с соседом через улицу живем. Почему он получил пенсию, а я нет?". Дело в том, что ФОРМАЛЬНО улица была границей между Луганском и Роскошным, но ФАКТИЧЕСКИ это был уже ОДИН населенный пункт.

16 — На атлантическом побережье находятся штаты с малой площадью — это были те первые штаты, которые собственно и образовали США. Штаты-гиганты появились после того, как США начали экспансию на запад.

17 — Очень хорошо это продемонстрировала история Рима. Республика нормально управлялась, когда под ее властью был только город и его окрестности. Но когда Рим завоевал всё Средиземноморье, а продолжал управляться как ГОРОД, ситуация изменилась. Не могли сходки горожан на форуме решать всё за остальных. Ведь большинство граждан в то время проживали вдали от Рима, и на форум прийти не могли.

18 — Я здесь говорю лишь об ОСВЕДОМЛЕННЫХ людях. Так, в перестройку большинство населения СССР склонялось в пользу Запада из-за неосведомленности. Их просто обманули — сказали, что ко всем благам социализма добавятся и блага Запада. К дешевой колбасе придут дешевые шмотки, к праву на труд придет право жить на пособие по безработице, к дешевой квартплате придет отсутствие прописки. Но в жизни редко работает принцип "и-и", обычно — "или-или".


Викинги — основатели европейской демократии.



19 — Викинги завоевывали Англию и раньше, но не смогли там закрепиться.

20 — Финны — как и венгры, коми, эстонцы — принадлежат к финно-угорской языковой семье. В то время как скандинавы (шведы, норвежцы, датчане, исландцы) вместе с немцами и англичанами образуют германскую группу индоевропейской языковой семьи (в эту семью входят также славяне, французы, индийцы, иранцы, туркмены, греки, ирландцы и многие другие народы).

21 — В демократиях зачастую бывает, что большинство не право, а право меньшинство. Большинство потом признает это, но, как правило, слишком  поздно.

22 — В 1917 году в России пытались внедрить прямую демократию в виде Советов, когда сельскую сходку или собрание рабочих завода объявляли носителем власти. Но попытка возрождения прямой демократии не удалась. И неудивительно. Такая демократия возможна только в очень маленьких государствах.

23 — Это в идеале — за программу. Обычно голосуют за личность, а то и за кулек гречки.


24 — Такие же примеры можно привести и в случае, если система выборов не мажоритарная, а пропорциональная. Скажем, мы с соседом проголосовали за партию, потому что она против (или за) НАТО. Но я курю, а мой сосед — нет. Как бы не определялась наша партия в вопросах ограничения курения, нас соседом она уже не представляет.

25 — Здесь мы берем идеальную схему, то есть, честных политиков — не коррупционеров и не обманщиков. В реальной ситуации надо делать еще скидку на людские слабости.